Tag Archives: эволюция

Волны волны волны

Homo Deus: A Brief History of Tomorrow. Логическое продолжение Sapiens. A Brief History of Humankind

Слушать было интересно, вспоминать скучно – через несколько дней драма размена гуманизма как основной идеологии на что-то другое перестает казаться так уж здорово описанной. Саму драму я не отрицаю. С людьми, с институтом семьи, со всем вокруг действительно что-то произойдет.

Общую идею мы уже столько раз слышали, что и повторять ее неприлично –  в обозримом времени человечество с высокой вероятностью преодолеет базовые проблемы: голод, войну, чуму и даже старение. И тогда перед ним станет вопрос, что, собственно, делать дальше. Скорее всего, нас не ждет неудержимая космическая экспансия, максимум, научная колонния на Марсе. То есть, особенно расширяться некуда, поэтому, чтобы выжить, человечество должно будет запустить новый суперпроект, отличный от проекта “выживание”, как ни странно. И – вот еще важное обстоятельство – так или иначе в мире появится что-то-кто-то поумнее нас. То ли великий цифровой разум, то ли людены выведутся. Что же тогда будет с человеком?

Сейчас человечность – это суперценность, но это же философия: примерно сто пятьдесят лет назад гуманизм стал базовой “религией” – с точки зрения инопланетянина Харари, все, во что люди массово верят – религия.  Гуманизм, если что, это не синоним гуманности, а идеология в которой абсолютной ценностью является уникальная человеческая индивидуальность, счастье и самовыражение отдельной личности. Гуманизм – это общество потребления, гуманизм – это спасение рядового Райна, гуманизм – это культ счастья и комфорта, гуманизм – это идея призвания, гуманизм – это разрешение человеку устраивать адок для животных, чье мясо вкусно и полезно, да много что такое гуманизм.

Харари проблематизирует: если в скором времени на Земле появится более мощный разум, чем человеческий, то что же тогда, прощай, гуманизм? Ведь человек – не мера всех вещей, если объективно. Вот эта центральная идея гуманизма, что в каждом из нас горит искра особого, неделимого и самоценного сознания – она же ложная, если обратиться к чистым фактам. Нет никакой суверенной индивидуальности. Нет истинно наших желаний. Память врет, когнитивные искажения у нас такие, что удивительно, как мы вообще живем, вернее, неудивительно. Вот это волшебное ощущение собственного “я” – иллюзия, которая живет только момент, артефакт работы сложной нервной системы. Свободы воли нет – все так сказать решения принимает набор алгоритмов, зашитых в органику, и спустя пару милисикунд после принятия решения нам кажется, что это мы так захотели или услышали внутренний голос.

Дальше Харари описывает технорелигию, которая может прийти на смену гуманизму, и это у него как-то бледно получается. Датаизм концептуально еще недостаточно проработан. Если интересуетесь, прочитайте здесь статью, где это все описывается примерно с той же подробностью, что и в самой книжке.

И тут можно подумать несколько вещей. Во-первых, идеология, доведенная до состояния религии, здорово институализируется, отращивает механизмы самосохранения и склонна к сохранению гомеостаза. Теоретически, прогресс может быть угрозой гуманизму – ну там искусственный интеллект и общество предельного благосостояния -и это значит, что гуманизм будет сдерживать прогресс. Более того, гуманизм особенно хорошо процветает в ситуации опасности для человечества, поэтому мы запросто можем создавать себе опасности сами, например, с помощью войн, технокризисов, экологических проблем, найдем чего еще. Так что – пародоксально – гуманизм еще может устроить нам веселье с разнообразными лишениями, зато в атмосфере осознания самоценности человеческой личности. В этом смысле, Стругацкие не совсем были правы, когда положили деятельный гуманизм в основу цивилизации Полдня. С другой стороны, мир Стругакцких предполагает почти бесконечный рост, там космическая экспансия была, а у нас ее нет. И проблемы с идеей роста вообще очень даже ждут нас впереди.

И второе – есть еще шанс шагнуть в своем гуманизме дальше, и это как раз поможет преодолеть его сдерживающие эффекты. Вот эта мысль, что, чтобы защищать свою позицию, обязательно нужно быть чем-то лучше, она же ложная. Апологетика про “нашего великого вождя – их гнусного предводителя, нашу мудрую веру – их примитивные суеверия” – детский сад какой-то. “Мы” для себя важнее, чем “они” только потому, что это мы. Выведутся людены – красивые, как эльфы, и сверхчеловечески умные, а также добрые и справедливые, так ну и что. Все равно надо будет за себя бороться. Вот это и есть настоящий гуманизм нового поколения: человек важнее, а что он в го хуже машины играет, так и каждый из нас в большинстве своих свойств хуже кого-то, что теперь.

Вот еще подумала, начнется вдруг какая-нибудь история с пост-человеческим суперразумом, сразу люди вспомнят всю презираемую сейчас литературную традицию фэнтези, где разбирается взаимодействие разумных рас, как пророческую. А Толкиен станет знаменем человеческой борьбы с сверхлюдьми, потому что у него сверхлюди-эльфы благополучно отправляются в закат из-за угасания жажды жизни.

 

И еще: человек может преодолевать свои ограничения.  Как убедительно показал Каннеман, естественное мышление подвержено ошибкам и искажениям, но у нас есть возможность апгрейдить себя сложными умственными конструкциями, которые тоже небезупречны, но их небезупречность подконтрольна. Мне это на математике понятней всего: вот попробуйте себе представить вектор – нормальное же, естественное понятие, хорошо описывает, скажем, скорость. Теперь попробуйте представить себе тензор. Попробуйте естественным сознанием представить себе пятимерное пространство. И n-мерное. Сначала не очень получается, потому что это абсолютно неинтуитивные вещи, которые и не нужны были никогда обитателям лесостепей, но постепенно можно научиться. Вроде бы охотники и собиратели имели мозг больше и мощнее нашего, поскольку жили в жестоком мире универсальных способностей. Зато мы умеем создавать в своем сознании огромнейшие искусственные конструкции, которые обеспечивают нам надчеловеческое мышление. Что еще поразительней, мы эти конструкции контролируем, что доказывает существование теоремы Геделя. То есть, мы можем создать нечто более сложное, чем наше сознание, а потом найти в этом конструкте противоречия и границы применения.

Four things greater than all things are

Книжка про лошадей

The Horse: The Epic History of Our Noble Companion

Эволюция древних лошадей наиболее интенсивно проходила в Северной Америке примерно 56 миллионов лет назад, откуда они распространились в Азию и Европу, потом вымерли в Новом Свете всего 11 – 10 000 лет назад примерно одновременно с переселением на континент людей.

Если вспомнить незабвенные Пушки-микробы-сталь, то становится интересно: чтобы было, если бы совокупность досадных обстоятельств не уничтожили лошадей, и у индейцев, атцеков и других native americans было животное-компаньон, который позволяет пахать, перевозить людей и грузы на большие расстояния, поддерживать пехоту кавалерией? Еще неизвестно, кто кому бы устроил конкисту.

Это хорошо устроенная книжка, написанная по всем правилам креативного нон-фикшена: большая арка повествования описывает эволюцию лошадей от животинки размером с кошку и без копыт до современной лошади и процесс одомашнивания и завершается обратным процессом: возвращением в дикую природу лошади Пржевальского. Под большой аркой есть личный сюжет с воспоминаниями о хитром и учтивом жеребце Виспере, который жил у автора когда-то, и решением автора взять себе трудного коня несчастной судьбы Лукаса. Диалоги хорошие. В общем, не книжка, а учебник по композиции нон-фикшена.

Меня увлекла основная мысль автора: человек десятки тысяч лет ко-эволюционировал с двумя животными-компаньонами, собакой и лошадью. Поэтому связь с лошадью и собакой может оказаться глубоко заложенной в нас потребностью, а не видоизмененным родительским инстинктом, как я всегда считала, и сильно укрепилась в этом мнении, прочитав отличную книжку (могу только порекомендовать) Some We Love, Some We Hate, Some We Eat: Why It’s So Hard to Think Straight About Animals. Она есть в русском издании: “Радость, гадость и обед. Вся правда о наших отношениях с животными”, переводила Ирина Ющенко, знакомством с которой я вообще очень горжусь. К слову она же переводит невероятно крутую и важную для меня книжку “Далеко от яблони” Эндрю Соломона. Это было небольшое SEO-отступление для менеджеров издательства: помониторят, что там читательское сообщество думает о выходе в свет книжки о калеках на шестьсот страниц.

Так вот, я всегда считала, что стремление завести кошку-собаку-лошадь-рыбку – это производная от родительского инстинкта. Все домашние животные обладают ювенальными чертами по отношению к диким собратьям (собака всегда больше похожа на щенка волка), в них есть черты, которые невольно нами распознаются как “детеныш” – большие глаза, пушистость и няшность, плюс они всегда зависимы от нас. Надо ли говорить, что у меня никогда в жизни не было личных животных.

Сейчас думаю: а вдруг и правда коэволюция, глубинная человеческая потребность и все такое?

Бросайте на меня своих крокодильчиков!

Песни драконов

Песни драконов. Хроника семи лет изучения биологии крокодилов, аллигаторов и кайманов в 26 странах шести континентов. Приключения научные, географические… и не только. Владимир Динец.

Эй ты, мальчик-карапуз, ближе стань немножко,
Дай кусочек откусить от румяной ножки.
С. Черный

Хорошая книжка, чтобы чувствовать себя девочкой-дебилом из анекдота: “А что можно было?”. Автор пишет, как встречает в Африке рассвет, легко выбирает между Нигерией и Габоном – или не выбирает, и едет туда и туда, летит в Австралию, на Мадагаскар и в Венесуэлу. Пьет с местными, недели проводит один – с возлюбленными крокодилами. Потом вспоминаешь, что а) если бы я выбрала научную карьеру, она бы точно не завела меня на склоны вулкана, потому что математикам для исследований это не нужно б) я не могу спать в палатке, боюсь холода, люблю хорошо поесть, люблю хрустящие отельные простыни, и чтобы чай в номер. Главное в книге – вот это ощущение, что все можно, без справочки и мандата. И, если очень хочется, то даже не то чтобы страшно дорого.

Что касается многочисленных вопросов к выпадам автора в адрес нашей с вами родины слонов, то мне они тоже глаза кололи – если уж человек, повидавший самые бедные страны в мире упирает на ужасы безнадежной России, то как же должно быть худо все. Потом я дошла до того места, где “русский и хинди происходят от общего языка-предка, на котором говорили на юге современной Украины пять-шесть тысяч лет назад, так что многие слова хинди похожи на русские: агни – “огонь”, бага – “бог”, и так далее” и до меня, наконец, дошло, что общее окаянство автора, которое позволяют ему иметь основания для описания эпизодов вида:

Въезжая в третий раз в Тибет, я был арестован за отсутствие пропуска, но купил у другого заключенного каяк и сбежал, сплавившись по реке через совершенно недоступную с суши горную долину, которую, возможно, не видел ни один человек по меньшей мере с последнего ледникового периода

вот такая высокая форма буйности не может проявляться только в любви к крокодилам и спокойствию в ситуациях, когда местные военные приходят с вызовом на дуэль и предлагают выбрать оружие: автомат калашникова или мачете. Есть и другие побочные эффекты. На них лучше закрыть глаза и смириться, что отличные книжки о крокодилах пишут не самые благонравные люди. Трудно, конечно, представить себе что-нибудь такое у Бернарда Грджимека, но у того, вероятно, был еще и редактор.

Вся часть о путешествиях и крокодилах мне неимоверно понравилась. Крокодилы – это же почти птицы! Нос аллигатора чувствительней, чем ладонь человека! Половина мышечной массы крокодила находится в его хвосте, который создает тягу для плавания. Кровь крокодилов содержит сильнодействующий антибиотик под названием крокодилин (в этом месте я начала слегка сомневаться). И вовсе они не бревна с зубами, а сложные, интеллектуальные существа с развитым брачным поведением, заботой о потомстве и даже способностью к использованию предметов: доказано, что они кладут на морду палочки, чтобы привлекать цапель. В завершении работы автор пишет, что:

Всего за несколько лет наши представления о сложности поведения крокодиловых полностью изменились, и эта маленькая научная революция еще не закончена. Например, теперь мы знаем, что арсенал хитроумных методов охоты у них шире, чем у любых других животных, кроме человека.

В этом тезисе ключевыми мне кажутся слова “за несколько лет” – Динец провел с крокодилами лет пять своей аспирантуры. За это время любой наблюдаемый объект начинает казаться, если не венцом творения, то хотя бы актором сложного поведения. Вот мне за пол года начало казаться, что у офисного печатающего устройства арсенал хитроумных методов охоты шире, чем у большинства людей. Возможно, мне пора задуматься о покупке трех билетов до Эдвенчер.

Через десять тысяч дней и ночей наши тени вольются в океан теней

River Out Of Eden – A Darwinian View Of Life

Цифровой дарвинизм в самом его обобщенном виде. На самом деле, я ошиблась, покупая эту книжку – стоило бы взять работу Докинза посвежее, чем двадцатилетней давности труд, плюс она очень короткая и разряженная. Но потом подумала – короткая же, и послушала. Тем более, аудиоверсию читает автор.

В “Реке из Эдема” Докинз продолжает “Эгоистичный ген”, который, конечно же, намного интересней, добавляя метафору “реки” из генетической информации, которая течет во времени, проходя сквозь тела носителей генов. Что хорошо для репликации – в кооперации с соседними генами – то плывет дальше, что плохо, оседает отложениями на берегах. Метафора, на мой взгляд, красивая и емкая.

В конце Докинз добавляет, примерно тоже, что раз биологическая эволюция стоит на чисто цифровом принципе копирования кода (абсолютно точного или с мутациями), то двуногие прямоходящие приматы двинули процесс дальше, создав механизм еще более совершенного копирования информации, и, может быть, это будет новой эволюцией. Для 1996 года мысль о цифровой эволюции, я думаю, была хороша.

Не советую, это какой-то Докинз-лайт. Мне у него, кроме знаменитого “Эгоистичного гена”, кажется невероятно удачной работа The Ancestor’s Tale (A Pilgrimage to the Dawn of Life), существующая и в русском переоводе как “Рассказ предка. Паломничество к истокам жизни”. Вот это замечательно интересная книжка, хотя и замечательно объемная.

Докинз придумал отлиный способ обратного рассказа об эволюции: не от первых активных органических молекул, которые неизбежно разделятся на активную протоплазму и пассивную протоплазму – это довольно избитый и не волнующий путь, а наоборот: от современного человека – к его общему предку с шимпанзе, от этого общего предка с шимпанзе – к общему предку с другими человекообразному и так, весьма математично, по всему дереву к его корню, пока не доберется до общего предка эукариотов и прокариотов. Оторваться невозможно. Я читала еще во времена, когда у меня не было ни Киндла, ни айпада (айпады тогда еще не придумали), и по моему экземпляру видны следы чтения в дороге, в ванной и за едой.

Также я пыталась читать его богоборческие книжки – Слепой часовщик, Бог как иллюзия, но они как раз дико скучные, на мой вкус. Из прочего наследия хочу однажды прочитать “Расширенный фенотип” – очень уж здорово он развивал эту идею в “Эгоистичном гене” на примере бобра, фенотипом которого было бы правильно считать не одну мохнатую тушку с хвостом, а всю колоннию с плотиной и подводными хатками.

Обратная эволюция курозавра

allmyfriendsarestilldead

Послушала совсем короткую популярную книжку о кросс-дисциплинарных исследованиях в области эволюционной биологии.

How to Build a Dinosaur: The New Science of Reverse Evolution

Идея в том, что раз современные птицы – теплокровные потомки динозавров, то в их геноме остаются все динозаврьи коды, которые можно вызвать к жизни на этапе эмбрионального развития. Теоретически, если оплодотворенное куриное яйцо обрабатывать нужными факторами роста, эмбрион цыпленка будет развиваться как маленький динозавр – с хвостом, зубами и передними лапами. Его генотип останется куриным, но фенотип – за счет приведения в действие древних генов – как у недалекого предка.

Эволюционная биология на базе палеонтологии имеет свои ограничения: не все можно понять и реконструировать по окаменевшим остаткам. Остатки неполны, органического материала в них всего ничего, возможности биомеханики для достоверных гипотез об устройстве мышц, характере движения животных не так уж велики. Но у нас есть живые ископаемые – гены динозавров, сохранившиеся в современных птицах. Там нового-то жалкие проценты, остально все, как у Т-Рекса.

Задача крайне сложная, поскольку тот же хвост, с костями, мышцами, нервами и их корректной прошивкой в мозгу животного еще никому не удавалось отрастить у цыпленка. Зубы уже получаются. Но, теоретически, это возможно. Можно заставить эмбрион курицы развиваться согласно старому геному и получить живого, полнофункционального терапода.

Хорошая книжка-обзор (может, местами и страдающая традиционным размазыванием основного тезиса по страницам) и свежий взгляд на палеонтологию. Послушала, потому что у меня есть мальчик, который любит динозавров. Не убеждена, что могу пересказать четырехлетнему человеку идею evo-devo, но мамы мальчиков должны держать себя в форме.

Марш динозавров – 2

Мифы об эволюции человека

“Мифы об эволюции человека”, Александр Соколов.

Когда я училась в старших классах, у нас была феерическая учитель химии Колба ***вна. Это она перед каждой Пасхой проводила во всех своих классах лабораторную работу “Денатурация белка неорганическими кислотами”, для которой каждый ученик должен был принести по куриному яйцу. Капать в пробирку с белком кислоту не весело, зато Колба ***вна уходила домой с трехлитровой банкой желтков на куличи.

Однажды в начале урока она нам говорит: “Вообще-то сегодня у нас соли азотной кислоты, но я хочу рассказать вам кое-что более важное. Я прочитала в периодическом издании, что до сих пор от нас скрывают невероятный факт: динозавры не вымерли, а породили разумную расу, которая сосуществовала с древними людьми, пока люди не победили” – и дальше, и дальше подробное изложение статьи из адовой газеты постперестроечных времен, каких много тогда было. Мы, конечно, корчились от подавляемого хохота, но выдержали до конца.

Книжка Соколова – это такой длинный разговор с нашей Колбой ***вной. Нет, вы не правы, останков “недостающих звеньев” понаходили уже десятки и десятки. Нет, человечество все-таки появилось в Африке. Нет, эволюция человека продолжается. И нет, люди никак не пересекались с динозаврами.

Я купила этот труд, потому что стараюсь покупать отечественный научпоп из самых высоких побуждений – его просто нужно поддерживать всем, кто не хочет жить в мире победившего креационизма и магического мышления. Сама по себе книжка довольно скучная, потому что это не целостная книжка, а набор мелких заметок. Порицаю. Можно же было придумать какой-то сквозной мотив, чтобы все сложилось в одну историю. Вряд ли вам в жизни так часто нужно отбивать атаки невежественных креационистов на динозаврах, а для чтения подряд этот справочник современного атеиста скучноват. Я не дотянула до конца. Всем интересующимся вопросами эволюции могу порекомендовать взамен “Рассказ предков. Путешествие к заре жизни” Ричарда Докинза.