Tag Archives: self-help

Взрослые – это мы

There Are No Grown-Ups: A midlife coming-of-age story

Автор педагогического бестселлера “Почему французские дети не плюются едой” написала новую книжку в духе “как французским женщинам в сорок лет удается не плеваться едой”. Есть такие авторы, к которым привыкаешь,  и читаешь следующую книжку, чтобы узнать, как они там вообще поживают. Гретхен Рубин такая – у нее был селф-хелпчик “Проект Счастье”, в котором автор год последовательно привносила радость во все сферы своей жизни, от воспитания детей до обустройства дома. Я ее следующую работу – с прямым продолжением этого эксперимента – купила, в основном, из любопытства, как там противный муж с гепатитом С, дети и дом. Потом Рубин сделала интернет-платформу на основе этого метода, а потом вдруг выпустила книжку про выработку полезных рутин-привычек, и это был провал, поскольку тему успели уже пережить всем миром лет пять до того.

Нравоучительная история об идеальных французских детях от Друкерман здорово вписалась в тренд книжек о том, как все делать по-французски: одеваться, есть, обустраивать дом, заводить отношения и, по-моему, внесла мощный вклад в появление ноу-хау от других стран – как как разговаривать с собственным домом по-японски, кутаться в плед по-фински и выбрасывать барахло перед тем, как помереть, по-шведски (эта нечитанная мною книга – мой абсолют селф-хелпа. Не купила просто потому, что мне для полного понимания достаточно названия). По ходу повествования мы узнали о семейной жизни автора, сложностях в выращивании близнецов, и о том, как ее дочь не пригласили на день рождения в приличную семью, потому что она бегала и кричала специальное детское французское ругательство “какашка”.

Ну и вот, уже не про детей, а как пережить кризис расставания с молодостью по-французски. Автора начали повсеместно называть мадам, а не мадемуазель, и это был прям знак. Хорошо ей, никогда не называли “девушкой” и не будут “женщиной”. Никаких особых откровений, как пережить этот странный момент нет, потому что их не может быть. Проблески особых успехов французских женщин и на этом поприще в книге есть, но они какие-то не особенно убедительные.

Книжка симпатичная сама по себе. Оказывается, Друкерман, когда уже дописывала своих неплюющихся французских детей, получила онкологический диагноз, и все время выхода книги в печать и продвижения проходила тяжелый курс химиотерапии. К счастью, добилась полной ремиссии. Однажды она выступала в мертвой тишине перед залом на тысячу человек, набитым бразильскими поклонницами ее книги, и получила в финале немного вежливых апплодисментов. А предки ее прибыли в Америку из небольшого села Краснолуки под Минском, и до второй мировой с оставшимися там родственниками поддерживали связь, пока она не потерялась по понятным грустным причинам – всех евреев из Краснолук расстреляли. Поэтому в доме автора никогда не говорили о разных неприятных вещах, стараясь уклониться и перескочить к легким темам.

Как-то Памела сказала мужу, описывая диалог с новой знакомой, что “Решила просто быть собой”. “О нееееет”, – ответил ее муж. Он был сильно заинтересован в исходе разговора, потому что на свой сорокалетний юбилей запросил не что-нибудь, а thereesome, то есть, секс втроем в формате ЖМЖ. Это было до публикации пегадгогического труда, Памела еще и отдельное эссе написала по следам этого опыта и опубликовала! Потом американское издательство несколько волновалось, как это эссе скажется на продажах “Французских детей”, и пиарщица просила все вопросы про ЖМЖ переводить на тему “я победила рак”. Британскому издательству было все равно.

На свой день рождения в сорок лет Памела пригласила не очень близких, но интересных гостей, и почти никто не пришел. Вот это да, я хорошо понимаю. Еще в книжке дважды упоминаются вши, что наводит на мысли об уровне этой проблемы во Франции.

Круто, что есть огромный англоязычный книжный рынок, которому абсолютно ок даже самые странные книги. За счет объема они получают шанс на существование, и кому-то пригождаются.

Счастье есть, но вам все равно не понравится

Habits of a Happy Brain: Retrain Your Brain to Boost Your Serotonin, Dopamine, Oxytocin, & Endorphin Levels

Habits of a Happy Brain: Retrain Your Brain to Boost Your Serotonin, Dopamine, Oxytocin, & Endorphin Levels

Без вступлений: отличная книжка, которую могу только порекомендовать. Я понимаю, что изложенное в ней – довольно грубая схема, на деле все сложнее, но мне она кажется намного достоверней и яснее, чем объяснения более высокого порядка про мотивы, устремления и все такое – переходим к исходному коду психики буквально.

Схема. Главное – это схема.

Есть четыре нейромедиатора, который отвечают за чувство “хорошо” и делают они это по-разному:

  • Дофамин: радость от достижения поставленных целей и – маленькими порциями – поощрение за движение по направлению к выполнению задачи. То есть, история про вознаграждение;
  • Эндорфин: эйфория, маскирующая сильную боль, голод или усталость. Это чтобы в бою не чувствовать ран, бежать на втором дыхании, не цепенеть от голода;
  • Окситоцин: приятное чувство близости и безопасности от причастности к группе, семье, сообществу. Вопреки частому заблуждению это не “женский гормон”, у мужин его не меньше, иначе бы они не могли заботиться о других;
  • Серотонин: распирающее чувство гордости от того, что другие тебя уважают и признают. Это тоже про групповую динамику – но уже не то, что сплачивает стадо, а то, что выстраивает иерархию. Расхожий тезис “серотонин – гормон счастья” – заблуждение.

Все, другого счастья у нас нет. Есть еще адреналин, который тоже хорошая штука, но, поскольку адреналин не в мозгу выделяется, и является как раз гормоном, а не нейромедиатором, автор его не рассматривает. Зато кортизолу автор уделяет прорву внимания, потому что все четыре эволюционных механизма “хорошо” замечательно уравновешивает один механизм про “плохо”, основанный на выборосе кортизола. Четыре пряника и один большой тяжелый кнут.

Наш мозг нам достается от череды предков, которые выжили, и основной мыслительный процесс выживших – это постоянное сканирование окружающего пространства на предмет угроз. Угрозой может быть все: отсутствие еды, присутствие еды в комплекте с более сильными членами стаи, хищник, знаки изменения статуса в группе, долгий период покоя, что-то с детенышем, внимание или невнимание потенциального или не потенциального брачного партнера. Просто некоторый период бездействия. На каждую угрозу – впрыск кортизола. Отдельная порция кортизола выдается в случае, когда что-то не получилось: промахнулся, не нашел, сломал, потерял. Кортизол – это и неприятное ощущение и вот это вот чувство “что-то надо немедленно сделать”.

На все, что по каким-то причинам засчитывается как полезное для выживания, выделяется в поддержку соответствующий “счастливый” нейромедиатор – но немного. Когда действие завершено, нейромедиатор немедленно поглощается и все, сиди снова с кортизолом – поэтому приятно идти в магазин за покупкой, а стоять с пакетом уже как-то не очень. И суть этого механизма даже не в том, чтобы сделать сознательное “приятно”, сознание – это такой поздний артефакт мозга, что эволюция на него и не ориентируется, а для того, чтобы закрепить нейронный контур, обеспечивший “правильное” действие.

В присутствии нейромедиаторов связи между нейронами формируются быстро и надежно А без присутствия – только путем долгих, долгих повторений одного и того же. Сравните мгновенность залипания на удачную игрушку в телефоне, которую хочется запускать снова и снова и сложность выработка навыка каждый день фиксировать расходы в домашней бухгалтерии. Потому что игрушка – это извращение древнего контура собирательства, вот этого “поставил задачу – выполнил задачу”, и за каждый уровень или там мелкую победу мозг выдает дофамина. Если там таблица рекордов есть, то еще и серотонина достанется.

Дофамин обеспечивает формирование цепочки нейронов, ответственной за выполнение алгоритма “скучно – достать телефон – включить игрушку”, когда контур сформирован для его активации нужно многократно меньше энергии (обыкновенной электрической энергии, на самом деле), чем для какого-то другого, от повторения контур усиливается.  А заполнение граф в программе про бюджет делается с полным равнодушием, поэтому с первого раза нужная связь нейронов не формируется, и со второго, и с третьего, и каждый раз, чтобы запустить последовательность этих таких важных и ответственных действий нужно тратить много энергии. Впрочем, теория обещает, что за полсотни регулярных активаций контура через силу, через сознательное вливание энергии нейроны сформируют устойчивые синаптические связи, и однажды запуск действия уже не будет требовать усилия.

С другой стороны, если найти способ сопровождать последовательность полезных действий выбросом нейромедиатора, то можно открыть метод мгновенного научения. К сожалению, это трудная задача, потому что мозг может спутать, что именно являлось тем самым поведением, которое привело к впрыску дофамина/эндорфина/окситоцина/серотонина и ненароком образовать прочную связь не тех нейронов. Скажем, если садиться писать статью и делать понюшку кокаина (который обеспечивает мощный выброс дофамина), то, скорее всего, закрепится поведение “раскатывать дорожку и нюхать”, а не “открывать файл и писать нетленную прозу”. Может нехорошо получиться.

Тем не менее, мы можем сознательно использовать особенности строения нашего мозга. Четыре перечисленных нейромедиатора есть у всех млекопитающих, а, скажем, серотонин или близкие аналоги так вообще даже и у амеб, но мы обладаем еще и мощной корой, которая позволяет нам действовать произвольно.

Если размышлять внутри предложенной схемы, то основа нашей свободы воли – это таинственная способность активизировать цепочки нейронов, которые не склеены еще накатанными синаптическими связями, и действуют, только если вкачивать в них много ценной энергии. Интересно, как это чисто физиологически происходит? В книжке не объясняют. Но мы все знаем, каково концентрироваться на новой, сложной и не имеющей немедленного вознаграждения задаче (или задаче, за которую никогда не будет награды).

Королевских путей здесь нет. Если “награждать” себя за каждую главку отчета булкой с изюмом, закрепится паттерн пожирания булок в случае ощущения скуки и затруднения. Плохо. Можно попробовать связать в своем воображении отчет с восторгом заказчика, прибылью или одобрением коллектива в надежде на немедленный кредитик серотонина, дофамина или окситоцина соответственно, но кредиты – даже в пределах нашей черепной коробки – страшное зло, потому что всегда с процентами. Все, что можно делать для прорезания в мозгу “контура написания деловых бумажек” – это тонко, потихоньку нащупать сравнительно безопасный способ получать в процессе чуть-чуть незаемных нейромедиаторов. Незаемных – в смысле, не вызванных фантазиями о чем-то хорошем, что случится потом. У каждого в этом свой путь. Большая часть дел, которые мы делаем легко и хорошо, являются таковыми, потому что когда-то нашли для них прямую связь с равномерным тихим выделением вещества. Случайно нашли. Я вот здорово и быстро пишу предложения, брифы и деловые письма, потому что в моем мире все это – сами по себе полезные вещи, а не предпосылки к чему-то хорошему потом. Кроме того, я умею такое писать, у меня в памяти много референсов, приемов и ходов, я печатаю быстрее, чем думаю – в итоге каждый написанный документ для меня это два часа дофаминовой поддержки, а не бессмысленная гадость, которую нужно как-то пережить. Или вот заметки в блоге – я их могу писать в неограниченном количестве, потому что в процессе дофамин, а потом – серотонин от писем благодарных читателей, комметариев и лайков. Ставьте больше лайков.

Интересен и обратный процесс деконструкции ненужных нейронных контуров. Автор книжки утверждает, что самые жирные и накатанные нейронные цепи еще и обрастают сверху слоем myelin – жироподобного вещества, которое изолирует цепь и обеспечивает супербыструю активацию контура с минимальным расходом энергии. Большая часть такого закладывается в детстве – человеческие дети рождаются с колоссальным количеством нейронов (часть потом умрет) и минимальным количеством связей между ними. Но кое-что мы можем добавить в сознательной жизни. Частенько это бывает совсем не “контур подготовки гениальных коммерческих предложений” или хотя бы железная привычка убирать за собой со стола. Чтобы проложенный в мозгу автобан разрушился, нужно долго-долго не пропускать по нему энергию. Что трудно.

Это уже чистая притча про черного и белого волка, из которых побеждает тот, кого ты кормишь. Пару или тройку лет назад я нашла у себя такой деструктивный, но супернакатанный контур. Наверное, его при вскрытии было бы видно по толстому слою изоляции. Это была привычка к мысленному диалогу с разными людьми, и я так уже влипла, что диалог начинал включаться мгновенно, стоило мне сесть за руль или хотя бы слегка заскучать. Уставала после каждого раза, как собака. Вот правда – все эти мысленные бои выматывали меня хуже настоящих, а также портили реальные отношения, потому что человек и сам не знал, чего мне успел наговорить внутри моего сознания, но осадочек-то оставался. Похоже на сюжет из книжки The Shadow of the Torturer – кто читал, тот поймет. Отключение контура внутреннего диалога с воображаемыми собеседниками заняло у меня много времени, но дело того стоит. Крайне советую заглянуть в себя, нет ли у вас такой истории, если есть – начинайте бороться. Это квест по достижению самоконтроля, балансирование на грани “не думать о белой обезьяне”, само по себе интересно, и настоящий экзорцизм в результате. Энергии прибавляется море, потому что внутренние диалоги – крайне расходное дело.

Понятно, что все мозги разные, несмотря на общий принцип. Человек вполне может впасть в порочный круг зависимости от проблем и страданий, потому что сильная боль, физическая или душевная – это эндорфины, и легко залипнуть на получение эндорфинов таким способом. Еще и еще раз убеждаться, что мир крайне плохо устроен и кругом подлецы тоже по-своему приятно, каждый раз, когда в поле зрения появляется доказательство правоты, мозг выдаст немного дофамина, плюс можно над кем-нибудь покуражиться и получить серотонин, или объединиться с единомышленниками – окситоцин.

Любители типологий могут найти у себя “ведущий” нейромедиатор. Поразмыслив, я поняла, что моменты самого острого и чистого счастья в моей жизни связаны с дофаминовыми приходами в моменты того, что я считала большими победами. Судя по некоторым другим вещам, окситоцинового поведения во мне – чуть поболее, чем в ящерице. Хорошее упражнение, можно кого у годно классифицировать: д ‘Артаньян – дофаминовый (любил квесты и результаты), Атос – эндорфиновый (любил страдать), Портос – окситоциновый (ценил дружбу и принадлежность к группе), Арамис – серотониновый (гордец и карьерист). Впрочем, Атоса и Арамиса можно поменять местами, потому что Атос был тоже гордецом, помешанном на идее ложной чести, а Арамис имел склонность красиво помучаться.

Вся эта история еще и заставляет пересмотреть мнение о счастье. В предложенной схеме это физиологическое состояние, вполне достижимое. Если обеспечить себе равномерное, умеренное поступление всех четырех нейромедиаторов, будешь вполне счастлив, не абстрактно, а конкретно, насколько возможно для обладателя мозга, созданного для жизни в мире смертельных опасностей и управляемого постоянными кортизоловыми пинками. Мне нравится эта идея, которая позволяет навсегда освободиться от погони за счастьем и спокойно заниматься своими делами.

Также можно почитать про аудиокурс о зависимостях , собственно, после него я  заинтересовалась историей с дофаминовым циклом вознаграждения. Если читаете на английском, берите не сомневайтесь, она правда хорошая и доходчивая. На русском перевода еще нет, но я буду следить. У нас сейчас любят такое издавать.

Автор приводит отличную библиографию, из которой можно что-нибудь полезное почерпнуть для дальнейшего чтения:

Если я заряжу батарейки

Пролетая сквозь лучи восходящего солнца дослушала аудиокурс TTC “How to Boost Your Physical and Mental Energy”. Обратилась я к нему не без скепсиса, потому что душеспасительных советов на эту тему много (овощи, упражнения, здоровый сон), а веселых энергичных людей мало. Тем не менее, курс прекрасный.

stamina mana health

Основная идея курса состоит в том, чтобы начать относиться к своей энергичности, витальности как к ресурсу, на который можно влиять. Я долгое время – еще в юности – очень ошибалась, когда думала две совершенно противоположные мысли одновременно: а) личный уровень энергии – это данность, и кому свезло быть электровеником, тот и молодец, а кто, как я тих и слаб, тот обречен б) если поднажать и не быть тряпкой, то можно выпихнуть себя на более высокий уровень. И то и другое неверно.

Сейчас, в 36 лет, я намного бодрее, чем когда-либо. Каждый день я встаю в 5:20, работаю полный день повелитетем департамента комплексных интернет-проектов, еду домой, занимаюсь семейными делами, играю с сыном в рыцарей, а также успеваю читать книжки и вести этот блог. Отжимаюсь много раз и хорошо изображаю собаку мордой вниз. При этом, я не ощущаю какой-то чудовищной перегрузки, будильник включаю чисто на всякий случай, и вполне довольна этим периодом своей жизни. Прямо сегодня вообще идет восьмой день десятидневной рабочей недели, потому что выходные я провела на стратегической сессии – олололо, чучело сожгла, можно сказать, лично, перед Министром и замами отвыступала, обогнав в рейтинге спикеров звездного спеца по публичным выступлениям и уступив только человеку, который разыгрывал призы и вообще посвятил последние пятнадцать лет своей жизни тому, чтобы научиться блистать перед аудиторией.

Я не хочу похвастаться, я хочу вселить надежду во всех братьев-гипотоников, меланхоликов и нормальных, спокойных людей без лишнего электричества в системе. Свою органику изменить нельзя, перестать чувствовать слабость в каждой клетке тела прямо с десяти утра – можно. Быть вполне бодрым и веселым целый день – можно.

Но сложно. Потому что энергичность – это, во многом, искусство дисциплины и сознательного отказа от многих вещей. Однажды я об этом напишу прям большой текст, потому что у меня накопилось много личных выводов и наблюдений. Надеюсь сделать это из какого-то прекрасного места в моей жизни, которое будет само по себе показывать верность моего пути – кабинет в нашем фермерском доме с панорамным видом на лес подойдет.

Моя общая мысль такая: главное – это обеспечивать стабильность и “правильность” двух процессов: генерации и расхода. Если с базовой генерацией все скучно и понятно: есть, спать, любить, то расход устроен сложнее. Энергия – не деньги, с сегодняшнего дня на завтрашний накопить не удастся, экономить не стоит и, на самом деле, чем больше тратишь определенным образом – на интеллектуальную работу, на физическое движение, тем выше поднимается базовый уровень, который можно нагенерировать – емкость батарейки растет. Если тратить энергию плохим способом, например, на бесполезное мысленное размахивание кулаками после драки, то, во-первых, убывает страшно, можно за утреннюю дорогу на встречу весь запас на день спалить, во-вторых, общий уровень падает.

Это длинная, длинная история про здоровье, умеренную физическую активность. Дисциплину говорить “нет” многим вещам, без которых можно прекрасно обойтись. Дисциплину ложиться спать в одно и тоже время. Достаточный уровень уверенности в себе, чтобы без колебаний ставить довольно абстрактную для многих идею личного благополучия и самочувствия выше чужих хотелок. Расставание с некоторыми приятными, милыми привычками вроде чтения в постели перед сном.

 

В курсе много про это – хотя и с другой стороны, потому что у автора свой жизненный опыт, у меня – свой. Там есть легкий оттенок нью-эйджа, но в меру, не раздражает. Главное, что делает автор – это учит относиться к своей “энергичности” как к чему-то ценному, над чем стоит отдельно, нацеленно работать. Потому что люди привыкают к тому, что у них есть, адаптируются – можно же, как мешок, тащить себя через день, каждый день, и вроде даже ставить формальные галочки о пройденных чек-пойнтах. Все меры по улучшению начинают сказываться не сразу – нужно, страшно сказать, четыре недели, шесть недель, чтобы режим дня начал работать на тебя, а не против тебя. А мы же бойцы – вставать рано месяцами можем себя заставить, ложиться рано каждый день – уже не, тем более, что на завтра особого эффекта не будет. И в выходные тогда нельзя дрыхнуть до обеда – нужно все равно встать в положенное время и лечь в положенное время, как в любой другой день. Но, друзья, если продержаться месяц-полтора, то оно начинает работать.

Самая же глубокая часть этой истории связана с ее замкнутостью на дисциплину мыслей и эмоций. Некоторое время назад под влиянием курса о зависимостях я прочитала статью “Позитивное мышление, фантазии и дофамин”, которая здорово повлияла на меня – почитайте обязательно, отличный текст. Раньше я думала, что теплое эйфорическое ощущение, которое возникает при мыслях о будущем удачном выступлении или какой-то планируемой победе – это вполне безвредная штука, которой можно предаваться безнаказано. Но нет, на самом деле это радость взаймы у себя же, разбалансировка цикла вознаграждения и довольно вредная трата энергии. Я обнаружила, что довольно часто обращалась к такого рода мыслям, не особенно замечая. Теперь нет. Очень много в приобретении и трате энергии связанно именно с внутренним контуром, который труднее всего контролировать, потому что все очень неявно, тонко – это не пробежка и не будильник. Автор курса уделяет основное внимание как раз таким вещам, поэтому могу только рекомендовать.

Этикет для хамов

Хорошие манеры для грубых людей

Good Manners for Nice People Who Sometimes Say F*ck by Amy Alkon

Меня волнует тема хороших манер каждый раз,

  • когда я разговариваю с воспитанным человеком, наследующим череде воспитанных предков, и he or she так спокоен и тих, так внимательно смотрит мне в лицо, так полно создает атмосферу значимости всего: меня, себя, нашей беседы, так легко шутит и так далеко обходит любую потенциальную неловкость;
  • когда кто-то на мое отчетливое “Добрый день” роняет себе под нос “добрый”;
  • когда гости приезжают на ужин, баню и ночевку с последующим завтраком, прихватив с собой лучший подарок для Далай Ламы – то есть, ничто
  • когда я читаю письма или информационные записки от американцев, с этими их
  • когда сосед ставит машину на улице, потому что ему лень загнать свой трамвай в гараж
  • когда двое трехлеток на площадке не знают, как завязать их малявочий смол-ток
  • и когда я не знаю, как завязать смол-ток с мамой второго трехлетки
  • когда у кого-то случается что-то плохое, и я не знаю, какие слова мне говорить
  • когда спутник в ресторане отвечает на звонок по мобильному телефону

и во многих других случаях.

Один из самых ярких эпизодов “про воспитанность” случился в кафетерии детской поликлиники, куда я вожу моего сына. Мы перекусывали после утомительных визитов к врачам, людей было довольно много, и ко мне подошел мальчик лет восьми. Он сказал что-то такое: “Здравсвуйте! Скажите, пожалуйста, я могу взять этот стул?”. В этом нет ничего сколько-ниудь особенного, но как легко молодой человек подошел, посмотрел мне в глаза, произнес всю фразу внятно, без спешки и с очень приятной интонацией. Я тогда подумала, что хочу, чтобы мой сын тоже так умел – а не с детской смущенной скороговоркой “можностулвзять”.

Вместе с тем понятно, что древние правила этикета не всегда совпадают с хорошими манерами. Иногда даже расходятся. Поэтому я с большим интересом послушала о современном американском взгляде на проблему.

Автор “Хороших манер для хороших людей, которые могут и ругнуться при случае” производит впечатление довольно простой тетки, которая точно не озабочена тонкостями ритуала красивого поедания омара. Это человек, который влезет в мусорку к противному соседу, чтобы узнать о нем побольше и написать письмо с угрозой отправить информацию о его гнусных выходках боссу и боссу босса, а также разместить их в фэйсбуке, если он не прекратит отправлять свою собаку гадить на ее лужайку. Или расклеит по округе фотографии мужчины, который сам гадит в кусты – чтобы неповадно было. Хорошие манеры с кулаками.

В книге нет ничего особенно нового. Поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой. Думай об окружающих. Не будь гадом. Не замыкайся внутри своей головы, забыв, что вокруг – такие же головы, внутри которых люди. Самые длинные гневные куски посвящены мобильным телефонам и целому пласту новеньких дурных манер, порожденных ими. Эми справедливо считает, что от телефонов окружающим одни неприятности – противно слушать громкие чужие разговоры, еще хуже, когда разговариваешь с кем-то, а он берет трубку, хотя вероятность срочного звонка ничтожна. Донимает громкая музыка из чужих наушников. И все эти технозомби, уткнувшиеся в экраны. Дисгастинг! Во что превратились совместные трапезы и прогулки! Я с ней согласна, теперь практикую дзен недоставания телефона из сумки во время встреч. Очень трудно. Я сомневаюсь, что кто-то из моих собеседников это ценит или хотя бы замечает, но я буду продолжать.

Больше всего мне понравилась часть об извинениях. Настоящее извинение состоит из нескольких компонентов. Во-первых, признание личной ответственности в том, что произошло что-то неприятное. “Я не рассчитала время и попала в пробку, я была рассеяна и не перенесла встречу вовремя, во время нашего разговора я была за рулем и дала неправильную информацию”. На втором шаге следует выражение искреннего сожаления о случившемся. Важно показать, что тебе не все равно, что потраченные впустую другим человеком усилия или время висят теперь тяжелым камнем на совести. В третьих извинение должно содержать предложение исправить ситуацию: “Я оплачу химчистку, обед – с меня, давай перенесем встречу, и я приеду к тебе”. Если одной из трех компонент нет, то это не извинения, а так.

У меня есть своя теория, почему люди (и я, в том числе) часто такие грубые. Источник настоящих хороших манер не в заученных правилах, а в фокусе внимания, переведенном с себя на других. 90% хамства – это следствие постоянной концентрации на себе. Противный сосед в самолете толкает в бок волосатым потным локтем не потому, что хочет лично тебя уязвить, ему неудобно, ломит спину, душно, и он старается как-то устроиться, не зная о существовании других людей. Туннельное сознание, когда сигналы от собственного тела и голоса в голове сильнее, чем процедура анализа окружающего мира. Девица за столиком кафе визгливо обсуждает “а он тебе, а ты ему” тоже не для информирования окружающих, в ее мире в этот момент есть только диалог с подружкой и ногти, которые она разглядывает. Кафе, другие посетители, официанты не входят в поле внимания. Или все эти тяжелые люди, которые любое сказанное слово принимают на свой счет. Они думают все время о себе, поэтому и сколь угодно отдаленный звон автоматически включают в личный диалог. Противная школьная поговорка нашего детства про “я – последняя буква в алфавите” оказывается отчасти верной.

Умение фокусироваться на окружающей ситуации, а не на себе, требует серьезных затрат ресурса. Я знаю это по себе, буквально чувствую, как у меня сужается поле зрения, когда я устаю. Чем больше у меня энергии, тем лучше я различаю окружающих людей и признаю за ними человеческие права, чем меньше – тем больше разрастаюсь я сама, затмевая все. В крайнем случае, как это было, во время операции с эпидуральной анестезией, была уже только я, бестактная и грубая я. Вторая часть – это навык, который должен быть сформирован. Балерины вырабатывают выворотность ног, хорошо воспитанные люди так или иначе оттренировали в себе развернутость взгляда вовне. У меня дедушка с бабушкой были такими, всегда с полной искренностью думали о других и поэтому создавали ощущение абсолютной легкости в общении. Я – нет, помельче, но работаю над собой.

Заброшенные книжки (33%, 34%, 30%)

The Bone Clocks: A Novel, 33%

Доползла почти до конца второй новеллы и сломалась. Сторителлинг ничего, но непонятно, зачем это читать.

Drop Dead Healthy: One Man’s Humble Quest for Bodily Perfection (Thorndike Press Large Print Nonfiction Series), 34%

Кто не курит и не пьет, тот здоровеньким умрет. Я люблю жанр развернутого и слегка беллетрезированного журнала проекта. Мне понравился “Проект счастье” и его продолжение, “Год библейской жизни”, “Обещанная земля”, что-то еще я такое читала, Drop Dead Healthy тоже вполне бодрое чтение, но в какой-то момент надоедает – все равно герой не станет молодым и красивым. Что логически переводит нас к следующей неосиленой мною книжке:

Old Man’s War, 30%

Ender’s Game встречает The Forever War. Мне понравился замысел автора отправить на войну с инопланетным врагом старичков и старушек. Богатая идея, напоминает байку о предложении японских пенсионеров помочь с ликвидацией последствий на Фукусимской АЭС. Как только автор раздал морщинистым солдатикам новенькие синтетические тела avatar-стайл, все стало скучно. Миру нужно больше книжек о стариках! Большинство из нас ждет двадцать, а то и тридцать лет старости, это второй по длине период жизни – дольше детства, дольше юности. Интересующихся темой отсылаю к роману “Элизабет пропала”.

8x7x8 и селфхепл вообще

8 Minute Meditation: Quiet Your Mind. Change Your Life.

Это первая за последние эээээ почти двадцать лет книжка, из которой я сделала все упражнения. Предыдущий раз был с задачником по алгебре Сканави, прорешенный мною на 100% в ходе подготовки к экзаменам.

Идея такая: нужно восемь недель без оглядки на “получается – не получается”, “хочется – не хочется” делать ежедневно простые восьмиминутные упражнения, каждую неделю разные. В результате у начинающего адепта медитации должен выработаться базовый навык, на основе которого можно строить дальнейшую практику.

Как мне кажется, это не то что бы медитация, скорее, упражнения на управление концентрацией внимания и дисциплины мысли. В советском юношеском селф-хелпе, был такой жанр, помню большую книжку “Как найти себя”, описывалось что-то похожее без ссылок на восточную традицию. Здесь тоже все очень светски, никакого отношения к буддизму.

И, знаете, работает. Все обещания с обложки (кроме “измени свою жизнь”, о котором можно спорить) выполнены. Это действительно

  • снижает уровень стресса
  • избавляет от противного внутреннего диалога
  • обеспечивает (при желании) быстрое включение в работу
  • улучшает качество вождения
  • делает многие однообразные занятия приятней
  • делает счастливей в практическом смысле

Мне очень понравилась эта мысль: вы делайте по чуть-чуть каждый день, и не беспокойтесь, что получится. Подход имеет крайне ограниченное применение, но на чем-то срабатывает.

Еще я поняла, что на меня хорошо действуют курсы с выдачей конкретного задания на каждый день. Иногда нужно просто доверять другим людям, которые придумали программу действий. Поэтому – headspace.

Пока писала о “8-minute meditation” вспомнила другую книжку – о культуре селф-хелпа вообще. Я люблю селф-хелп, хотя и слегка стесняюсь этого пристрастия (вероятно, где-то есть книжка “как перестать стесняться читать self-help”). На меня удивительно эффективно действуют все простые советы. Если бы я с большей последовательностью их выполняла, то уже точно была бы живым воплощением всех обещаний с обложек. Пока я просто очень неплохо живу.

Так вот, в январе этого года я читала Promise Land: My Journey through America’s Self-Help Culture.

Я надеялась, что книжка будет системным разбором селф-хелпа как явления, потому что сама размышляла на эту тему и надеялась, что кто-нибудь сделает исследование, откуда все взялось (ответ – в викторианской англии. Викторианцы ценили идеалы прогресса, дисциплины и самосовершенствования), как все устроено. Оказалось, что Promise Land – это наполовину отчет о прохождении разных курсов и тренингов, наполовину – душераздирающий мемуар дочери детского психолога и автора кучи селф-хелп книжек для родителей, которая пытается примириться с самоубийством своей матери.

Читается с кисло-сладким интересом. Отчет о хождении по углям, тренинге по преодолению страха перед полетами (сработало), создании мудборда и других селф-хелп штук. Пожалуй, самая увлекательная часть книги посвящена описанию конференции на тему “Как писать селф-хелп книги” от автора мегабестселлера Chicken Soup for the Soul (не читала, я не люблю сопливые и мотивационные образцы жанра). Куриный суп – это не книжка, это империя, поэтому шестьсот человек, и автор книги с ее неунывающим отцом, в том числе, заплатили по тысяче долларов, чтобы дотянуться до секрета, превращающим советы в деньги. Вдохновляющие истории перемежаются упражнениями в духе “Я разрешаю себе стать Автором”, периодически участники впадают в легкий коллективный психоз. Больше всего мне понравилось это упражнение. Автор “супа” велит залу: а теперь все скажите “Серия!”. И зал: “Серия!”. А теперь все скажите “Сиквел” – “Сиквел!!”. “Приквел!!!” – “Приквел!!!”.

В конечном итоге, все оказалось крайне дзенским событием – как в притчах о великих мастерах, которые передают мудрость не поучениями, а созданием обстоятельств, из которых можно вынести ценный опыт. Ну там начал учитель рассказывать древнюю историю о сорока осторожных ниндзя, ученик заслушался – а его хрясь посохом по загривку. Урок не в словах, а в том, что всегда нужно быть готовым. Так и конгрес для авторов: самые трезвые участники с горечью заключили, что there was no secret to learn, only more of MVH’s products to buy. Так это же и есть секрет.

Но! Если вы будете медитировать 8 минут каждый день, ваша жизнь действительно станет лучше. Бесплатно.